2020 Andreas Hourdakis - Underworld {Bolero} [24-44,1]

«Искусная игра» и «мелодическая утончённость» — не те прилагательные, которые обычно ассоциируются с гитаристом, который, помимо прочего, играет в группе Bitchhawk — шведском хардкор-панк-сладж-нео-трэш-коллективе, который, честно говоря, устраивает настоящий шум (что, впрочем, неплохо). Тем не менее шведский гитарист Андреас Хурдакис — музыкант чрезвычайно разносторонний, и его третий альбом, записанный с джазовым трио, доказывает: в каком бы жанре он ни играл, он — чрезвычайно изобретательный исполнитель. На этом альбоме вы не найдёте никакого хардкорного «штурм-и-дранг». Напротив, он наполнен расслабленными, порой почти усыпляющими мелодиями. И он также до боли прекрасен. Вместе с Хурдакисом играют его постоянные партнеры по трио: Ола Винклер на ударных и Мартин Хёпер на акустическом басу. На первый взгляд их звучание и манера исполнения кажутся вполне стандартными для джазового гитарного трио. И в некотором смысле это так. Но если рассмотреть эту музыку на микроскопическом, почти атомном уровне детализации, то именно там — в выборе инверсий, проходных нот, длительности звука — и происходит волшебство. Ряд треков на альбоме — что, возможно, неудивительно, учитывая греческое происхождение Хурдакиса — посвящены греческой мифологии, но каждая песня скорее напоминает лирическую поэму, чем полноценный героический эпос. Открывающая композиция «Unto a Star» предлагает сдержанное начало с множеством угловатых пассажей и очень небольшим количеством аккордов. В композиции «Craftsman» веселый небольшой басовый рифф Хёпера открывает композицию, над которым Хурдакис раскрывает свою палитру и рисует калейдоскоп красок. Качество замысла, лежащего в основе композиции, очевидно на протяжении всего альбома. Талос — это гигантский автомат из греческой мифологии, созданный богами для защиты Европы на Крите от пиратов. Однако в «Talos Run» нет ничего громоздкого или угрожающего. Композиция плавно раскрывается, словно концентрические круги на воде от камня, брошенного в пруд, пока не наступает резкий переход, и приглашённый клавишник Даниэль Карлссон (участник группы Магнуса Эстрёма) и Хурдакис вступают в легкую, как будто на предохранителе, дуэль. Трек начинается настолько непринуждённо, что кажется почти статичным, но всё дело в развязке и прекрасном соло Хёпера, поддержанном непринуждённо простой игрой Винклера на ударных, особенно на райд-симбале. Игра Карлссона придаёт эфирное, сновидное ощущение тому, что является лучшим треком альбома. Следующий трек, «Aiwass», очевидно, посвящён таинственному существу, призываемому Алистером Кроули, который продиктовал автору одно из своих самых известных произведений. Эта призрачная идея воплощается в жизнь благодаря диалогу между Хурдакисом и Тобиасом Винклундом на корнете. Хурдакис здесь сосредоточен на арпеджио и пассажах, позволяя басисту незаметно пробираться между ними. Энергичная игра Винклунда никогда не становится чрезмерной, оставаясь в пределах комфорта, причём по мере развития трека это ощущение усиливается. «Midnight» — это трек, напоминающий чашку «Хорликс», под который можно с удовольствием заснуть: сладкий тон гитары не содержит ни малейших резких ноток, способных нарушить настроение; в то время как «On Matter» немного более метафизичен, а игра Хурдакиса оказывается такой же податливой, как золото, но столь же блестящей. В «Ganymede» аккорды скользят, словно небесное тело вокруг Юпитера, в честь которого, по-видимому, он и назван. Гомер описывал Ганимеда — одноимённого спутника — как самого прекрасного из смертных, и этот трек, с дополнительным оттенком эха, призван отразить эту оценку. «The Express», тем временем, ускоряет темп, придавая больше динамики басу и барабанам, но даже здесь Хурдакис не отступает от своей кристально чистой, безупречной игры. Соло Уинклера на барабанах над простой аккордовой последовательностью, с великолепной игрой на малом барабане, заслуживает бурных аплодисментов. В треке «Underworld» — тонком, как паутинка, растянутом, словно фило-тесто, — гитарная игра Хурдакиса пульсирует, то появляясь, то исчезая над тинейшим аккомпанементом остальных двух третей трио, что дает потрясающий эффект. Это не альбом, отличающийся разнообразием, неожиданностями или большими скачками в звуковых изысках. Действительно, здесь, кажется, мало чего, что заставило бы слушателя вскочить со стула. Может показаться, что такое отсутствие разнообразия и звуковых украшений будет раздражать. Но дело не в этом. Этот альбом полностью посвящён красоте тембра Хурдакиса, когда он высвобождает каждую ноту с грифа. Это альбом, в котором слушатель может просто погрузиться в радостное сияние музыки.