Поиск

Chet Baker / Чет Бейкер

Chet Baker / Чет Бейкер
Также известен как:
Chesney Henry Baker, Jr.
Дата рождения (создания):
23 декабря 1929
Место рождения (создания):
Yale, Oklahoma, USA
Дата смерти (распада):
13 мая 1988
Место смерти (распада):
Amsterdam, Netherlands
Инструменты:
Биография:

Популярный джазовый трубач и утончённый вокалист с привлекательной внешностью Чет Бейкер, возможно, мог бы стать кинозвездой. Вместо этого он в середине 50-х стал наркоманом и вёл в высшей степени беспорядочный образ жизни, в котором ужасающие происшествиями чередовались с изумительными музыкальными моментами. Один из самых лиричных трубачей послевоенного периода, хрупкий звук Бейкера воплощал так называемую прохладную (cool) школу музыкантов Западного Побережья, которые доминировали на американской джазовой сцене 50-х.

В возрасте 11 лет переехал с семьёй в Калифорнию. На трубе начал играть в 12 лет. В 1946 пошёл на военную службу, где становится солистом 298 военного оркестра вооружённых сил США на территории Восточного Берлина. После демобилизации продолжил музыкальное образование в колледже El Camino (Лос-Анджелес), где изучал теорию музыки и гармонию. В 1949 получает приглашение в военный оркестр PRESIDIO ARMY BAND, с которым играл в Сан-Франциско до 1952.

В этот же период Чет принимает участие в джазовых сейшинах в клубах Bop City и Black Hawk в Сан-Франциско. В начале 1952, вернувшись в Лос-Анджелес, он попадает на прослушивание к Чарли Паркеру (Charlie Parker). Паркер взял Чета в небольшой тур по побережью, а затем и в поездку по Канаде. В конце 1952 Бейкера приглашает в свой квартет без фортепиано саксофонист Джерри Маллиген (Gerry Mulligan).

Именно здесь Бейкер становится знаменитым и получает международное признание. В июне 1953 лидер популярного квартета Джерри Маллиген (Gerry Mulligan) был приговорён к трёхмесячному тюремному заключению за употребление наркотиков. Коллектив временно возглавил Чет Бейкер. Под его руководством ансамбль выступает столь же успешно, как и прежде. Одновременно Бейкер отпраздновал и личный триумф. В анкете журнала Downbeat его имя возглавило список лучших джазовых трубачей. Когда Маллиген вновь появился в Голливуде, Бейкер сообщил ему, что стал котироваться гораздо выше и поэтому их дальнейшее сотрудничество возможно лишь при условии увеличения зарплаты как минимум вдвое. Получив отказ, Чет покидает состав. "Мы просто не сошлись характерами, - дипломатично заметил Джерри. – Однако я признаю, что Бейкер, пожалуй, самый талантливый трубач из всех, с кем мне доводилось работать".

Расставшись с Маллигеном, после второго короткого периода сотрудничества с Паркером, Бейкер организовал собственный квартет с пианистом Рассом Фрименом (Russ Freeman). "Мы познакомились, когда Чет только пришёл из армии и был ещё абсолютно неизвестен, - вспоминал Фримен, - но и тогда уже он играл превосходно. Я вскоре развёлся, был вынужден уйти из дому, и перебрался к Бейкеру. Некоторое время мы жили втроём он, его жена и я. Потом и Чет повздорил со своей женой, и мы вдвоём переехали на другую квартиру. В конце 1954 Бейкер начал проявлять интерес к наркотикам. Почему – непонятно. Он никогда не испытывал волнения или страха перед выходом на сцену и, соответственно, не нуждался ни в транквилизаторах, ни в антидепрессантах. Я раньше и сам сидел на игле, но увидев, как вокруг один за другим умирают музыканты, резко завязал. А Чет, однажды начав, никак не мог остановиться. Порция героина тогда стоила дёшево – всего три доллара".

В период сотрудничества с Фрименом Бейкер, тем не менее, находился в отличной форме. "Я постоянно ощущал, что рядом со мной присутствует гений, - рассказывал пианист. – Чет играл на таком же недосягаемо высоком профессиональном уровне, как, скажем, Чарли Паркер (Charlie Parker) или Диззи Гиллеспи (Dizzy Gillespie). Каждая его импровизация была своего рода отдельной мини композицией внутри джазового номера. Учтите, что в плане теории Бейкер был абсолютным профаном. Он, например, понятия не имел, в какой тональности играет и почти не разбирался в нотной грамоте. Запомнить сложную инструментальную пьесу на слух может далеко не каждый, а Чету это прекрасно удавалось". В декабре 1953 состоялся дебют Бейкера в качестве вокалиста. Он исполнил в студии две баллады "The Thrill Is Gone" и "I Fall In Love So Easily". Мнения критиков и поклонников разошлись. Первые сочли, что трубач обладает весьма слабыми вокальными данными, а вторые бурно восхищались высоким голосом своего кумира.

Хотя номинально квартет возглавлял Бейкер, фактически всеми делами руководил Фримен. Он осуществлял художественное руководство, писал аранжировки, улаживал транспортные вопросы, бронировал отели и ведал финансами. Естественно, ему не нравилось, что всё внимание публики принадлежит Бейкеру. "Вся тяжёлая повседневная работа лежала на мне, - жаловался Фримен. – Чет был наивным юношей, совершенно не разбиравшимся в музыкальном бизнесе. За примерами далеко ходить не надо. У Бейкера завелась подружка француженка, попытавшаяся изолировать его от остальных членов ансамбля. Начались раздоры, и я решил уйти. В банке оставалась часть наших гонораров – около трёх тысяч долларов, которые предназначались налоговому ведомству. Я проинструктировал Чета должным образом и знаете, что он сделал - поехал в Детройт и купил себе Ягуар. Он всегда так поступал. Едва у него заводились деньги, он их моментально тратил, а потом опять сидел на мели. Естественно, что потом у Бейкера возникли крупные неприятности из-за неуплаты налогов. Чет был, в принципе, нормальным парнем. В том смысле, что он пунктуально появлялся на сцене, хорошо одевался и так далее. Проблемы начались, когда я вновь вернулся в ансамбль. Бейкер тогда уже вовсю пристрастился к кокаину и прочей дряни. Ударник тоже был наркоманом, хотя ему не исполнилось ещё и 20-ти лет. Нормально работать стало невозможно. Трубач и барабанщик постоянно вели разговоры на тему, какой наркотик лучше покупать, где и у кого. В преддверии длительного европейского турне я вторично покинул группу. На этот раз – навсегда".

Расс Фримен (Russ Freeman) посоветовал трубачу взять на его место молодого пианиста из Бостона Дика Уардзика (Dick Wardzik). В течение последующих пяти лет популярность квартета и самого Чета достигла пика. Бейкера начали приглашать на гастроли и в студии выдающиеся мастера джаза. Для многих соотечественников Чет стал воплощением американской мечты. Тогда в 50-е он был притягательной особой - стройный красавчик с модной причёской, безупречным профилем и изысканными голливудскими манерами, который прекрасно играл на трубе модную музыку - джаз. Его фотографировали для журналов и рекламы в Кадиллаках и Линкольнах. Молодёжь Штатов копировала его манеру одеваться - белая футболка, голубые джинсы и кожаные сандалии. Чета с любовью называли джазовым Джэймсом Дином. Поклонницы осаждали артистическую гримёрную известного трубача.

"Мне давно стало ясно, что на всех девушек, желающих со мной поцеловаться, времени не хватит, поэтому приходилось сохранять спокойствие и действовать выборочно. У меня был роман с одной красоткой из Парижа. Она собралась возвращаться во Францию, и я решил последовать за ней. Кроме того, мне захотелось посмотреть старый свет, поскольку о жизни в Европе я слышал немало хорошего".

Бейкер удерживал свою группу вместе в течение следующих трёх лет, но он не был рождён для роли бендлидера, и при этом он не был способен противостоять давлению и искушениям, которые принесла ему известность. Они отправились на триумфальные гастроли по Европе, где кроме многочисленных концертов Бейкер аккомпанировал певице Катерине Валенте (Caterina Valente) во время её гастролей в Баден-Бадене. Но триумф был омрачён смертью 25-летнего пианиста Дика Уардзика (Dick Wardzik), умершего в парижском отеле от большой дозы героина. Но даже эта смерть коллеги не повлияла на Бейкера, перед которым в 1955 вопрос - принимать наркотики или нет - уже не стоял. Он просто не мог жить без героина, вернее, существовать. Наступил тёмный период в жизни Бейкера. По его вине срывались концерты и записи. Ведущие менеджеры и продюсеры начали отказываться от сотрудничества с музыкантом.

В 1959-1960 Чет находился в Италии. Во время турне Бейкера арестовали и отправили в тюрьму за хранение и употребление героина. Это стало началом почти тридцатилетнего скатывания по наклонной плоскости. Он переносит психическое расстройство и проходит курс лечения. Выйдя из одной тюрьмы, он тут же попадал в другую. Чет срывал концерты, музыканты даром ждали его часами в студиях звукозаписи. Он появлялся, витая в мирах иных, с блуждающей улыбкой на устах... и на следующий день все повторялось. В 1960 Бейкера депортируют из Женевы.

Как-то Чет узнал, что в Германии таблетки морфия продаются без рецепта, после чего это радостное известие со скоростью пожара разнеслось по всей европейской джазовой тусовке. Все поезда из Страсбурга в Баден-Баден и даже все пригородные электрички мгновенно оказались набитыми контрабандистами. Обежав за пару дней все аптеки в округе, они возвращались во Францию с мешками морфия. В деле Бейкера были замешаны несколько человек, в том числе два врача и один аптекарь. Чета приговорили к 7 годам, его супругу – к двум годам тюрьмы. Затем ей сократили срок до 16 месяцев. Сидя в тюрьме, Бейкер сочинил 22 композиции. Некоторые из них появились в исполнении оркестра Эннио Морриконе (Ennio Morricone), с которым трубач начал сотрудничать вскоре после своего выхода на свободу. Впрочем, свобода эта была относительной. Бейкера выпустили, заменив наказание на условное. Поэтому любое, даже самое незначительное правонарушение, грозило обернуться для него полноценной отсидкой. Вскоре жена Бейкера Халима узнала, что у мужа есть любовница и она, подав на развод, улетела в Америку.

В апреле 1962 Бейкер приехал в Мюнхен с намерением дать ряд концертов. Вскоре он был задержан полицией и помещён на три недели в психиатрическую клинику – трубач попытался украсть у врача бланки рецептов. Когда любовница Кэрролл приехала в лечебницу, чтобы забрать возлюбленного, ей сообщили, что Чету запрещено выступать в Германии в течение двух лет. Обратный въезд в Италию также оказался закрыт для трубача. Музыкант даже не мог добраться до банка, в котором лежали его деньги. В довершении всего фирма RCA расторгла подписанный ранее договор на запись двух пластинок. Оставшись без средств к существованию, пара заметалась по Европе и добралась до Великобритании, где Бейкер принял участие в записи музыки к фильму "Stolen Hours" и сам сыграл в нём эпизодическую роль. Трубу у него украли, и знакомый одолжил Чету флюгельгорн. К новому инструменту пришлось долго привыкать. Чтобы его наполнить, приходилось набирать в лёгкие больше воздуха.

Организм продолжал требовать отравы. Трубач пошёл к врачу и пожаловался на массу несуществующих болезней. Обман раскрылся, Бейкер снова попал в тюрьму, затем был депортирован во Францию. В Париже музыкант собрал новый ансамбль и вскоре получил приглашение выступить в Берлине. Пересекая французско-германскую границу, Чет упустил из виду то обстоятельство, что ему нельзя появляться в ФРГ и поплатился за это. В первый же вечер его арестовали и поместили на 40 дней в психиатрическую лечебницу. На концерте в берлинском дворце спорта от него ни на шаг не отходил здоровенный санитар. Вскоре Чета и его подругу снова депортировали. На сей раз туда, откуда они прибыли несколько лет назад – в Соединённые Штаты. 3 марта 1964 Чет и Кэрролл, держащая на руках недавно родившегося сына, ступили на родную землю.

Вернувшись домой, Чет немного растерялся. Все знакомые куда-то подевались, а вместе с ними и прежние деловые связи. Как-то случайно Чет столкнулся с композитором Тэддом Дамероном (Tadd Demeron), который находился в аналогичной ситуации - неизлечимая наркомания в сочетании с отсутствием денег и постоянной работы. "У меня есть хороший менеджер, - заявил Тедд. – Хочешь, он и тебя будет опекать". Чет согласился и подписал договор с неким Карпентером, который оказался просто жуликом. Мошенник понял, что в его сети попала крупная рыба. Он срочно набрал студийных музыкантов и организовал несколько сеансов звукозаписи с участием доверчивого Бейкера. Было записано почти три часа музыки. Карпентер указал себя автором доброй половины композиций и, не заплатив исполнителям ни цента, продал все плёнки фирме Prestige. А та выпустила материал на пяти дисках. Ничего не подозревавший Бейкер остолбенел, увидев на прилавках пластинки со своим именем.

Можно было подать в суд, но Чет покинул Нью-Йорк и переселился в Лос-Анджелес. Подальше от своего менеджера, который, ссылаясь на условия контракта, мог доставить Чету кучу неприятностей. В Лос-Анджелесе жизнь заставила Бейкера на время порвать с джазом. В конце 1965 Чет приступил к записи серии коммерческих дисков с поп музыкой – инструментальными версиями песен Beatles и других тогдашних звёзд. Пластинки продавались плохо.

Спустя три года произошёл инцидент, который, чуть было, не оборвал музыкальную деятельность Бейкера. Возвращаясь вечером после концерта в Сан-Франциско, Чет оказался окружённым пятью здоровенными парнями. Бандитов нанял наркодилер, которому трубач крупно задолжал. Бейкера жестоко избили и ограбили. В результате - поломанные ребра, изувеченное лицо и, что самое страшное для трубача, он потерял несколько передних зубов. За счёт фирмы звукозаписи ему вставили зубные протезы. Чет попытался играть на трубе, но не смог выжать из инструмента ни звука.

Он устроился было на работу, но проработав один день на автозаправке, уволился, сел на социальное пособие в 320 долларов наличными плюс на 130 долларов продовольственных карточек. Семья переехала в дом матери Чета. Бывший герой джазовой сцены целыми днями лежал на диване и строил планы, где бы раздобыть наркотики. Он решил прибегнуть к старому способу – подделать рецепт. И попался. Судья был не очень строг – пять месяцев тюрьмы и принудительный курс лечения метадоном.

Три года он вообще не прикасался к трубе. Потом два года учился играть с вставными зубами. Всё это время стоял один вопрос - джаз или героин. Довольно часто побеждал последний. Но всё же Чет играл, а значит жил. Однажды, в 1973 году, его спас старый друг, человек с большим талантом и огромной щедрой душой, один из немногих уцелевших титанов старого джаза, — Диззи Гиллеспи (Dizzy Gillespie).

Они с Четом случайно встретились в нью-йоркском музыкальном клубе Half Note. Увидев Бейкера больным, слабым, отчаявшимся, Диззи немедленно организовал трубачу ангажемент и сам договорился о его концертах. И каждый раз зал встречал его стоя. Так было и 24 ноября 1974, когда Бейкер и Малиген вышли на сцену Карнеги Холла. Трудно было поверить, что партнёры не играли вместе более 20-ти лет. Билеты на этот концерт были проданы за 4 часа.

В июле 1980 Бейкер, будучи во Франции, случайно услышал джаз-квартет бразильского барабанщика Жозе Бото (Jose Boto). Чет познакомился с музыкантами и, узнав, что они собираются записывать студийный альбом, сказал продюсеру Иву Шамберлену, что он с удовольствием присоединился бы к этому квартету. Через два дня после знакомства начались совместные записи Бейкера с Boto Brasilian Quartet. Нужно отметить тот факт, что в их музыке было очень много общего. Прежде всего, это лирическая направленность почти всех композиций. Отсюда и проистекает удивительная сыгранность музыкантов. Честно говоря, присутствие в названии квартета слова бразильский не совсем отвечает действительности. В составе группы два бразильца и два француза. А вот музыка на 100% бразильская. Эти записи пролежали на полке почти 10 лет. В 1991 их издала французская фирма Dreifus Jazz. Когда аккордеонист Ришар Галлиано (Richard Galliano) узнал о выпуске диска, он написал аннотацию-воспоминание:

"Ришар, пожалуйста, сыграй ещё раз мелодию, - снова просит меня Чет. Он хочет снова послушать тему перед тем, как начнётся запись. Чет никогда не смотрел в ноты во время записи. Помните высказывание де Бюси: "Музыка - это всё то, что вокруг, а не только то, что на нотном листе". Я вспоминаю, как тем вечером Чет появился на пороге студии вместе с Ивом Шамберленом. Бейкеру понравился наш квартет и пьесы пианиста Рике Пентойя Лейте (Rique Pentoja Leite). А два дня спустя мы начали играть вместе. И с этого момента изменилось всё: темп, ритм, музыкальное время и дыхание каждой пьесы. Своей музыкой Бейкер напоминал канатоходца на грани простора и пустоты. Я пытаюсь вспомнить сегодня своё внутреннее состояние во время работы с Четом. Единственное, что осталось в памяти - это качество, честность и полнокровие музыки, которая идёт из души настоящего музыканта".

Ришар Галлиано. февраль 1991.

Летом 1982 Бейкер переехал в Амстердам, где получил приглашение от голландской фирмы Timeless. Некоторые критики считают, что приезд Бейкера в Голландию связан с желанием жить в стране, где наркотики не являются проблемой. Может быть это и правда, но альбомы, записанные на Timeless, свидетельствуют о прекрасной творческой форме музыканта. Одним из лучших альбомов в дискографии музыканта становится альбом MR. B, записанный в мае 1983. В 80-х, постоянно контролируя свою жизнь, хотя и не полностью отказавшись от своей зависимости, он вновь становится постоянным посетителем международных мест встреч джазменов, а также делает несколько вторжений в мир популярной музыки, став гостем на альбоме Элвиса Костелло (Elvis Costello) SHIPBUILDING. По Европе Бейкер перемещается на собственной машине марки Альфа Ромео, покрывая иногда до тысячи километров. Европейские границы для него не существовали уже тогда. Чет был гражданином мира. Сегодня концерт в Италии, завтра фестиваль во Франции, послезавтра выступление в Швеции.

Пагубная страсть требовала всё больших расходов. Капитаны шоу-бизнеса знали, что трубач пытается избегать каких-либо конфликтов и обирали его. Перед записью продюсеры вручали Чету задаток и туманно обещали отчислять проценты от продажи пластинок. Позже ему говорили, что продукция расходится плохо и денег больше не будет. Тем временем были переизданы и его старые пластинки, однако на доходы музыканта это никак не повлияло. Чет тратил деньги очень быстро. В 80-е в его руки попадали приличные суммы. Одноразовые гонорары составляли от 500 до 1000 долларов наличными, а в последние годы жизни Чет получал по 1,5 тысячи за концерт. А выступал Чет фактически ежедневно. За запись одной пластинки трубачу выплачивали 5 тысяч.

В Америке Бейкер появлялся крайне редко. Там его почти забыли и приглашений выступить было немного. Домой он вообще предпочитал не показываться и ночевал у приятелей. Кэрролл – его законная жена, давно смирилась со своим положением. В последние годы Чет записал гораздо больше пластинок, чем прежде. Казалось, вся Европа жаждала слышать его трубу. Свободное от работы время Бейкер любил проводить в Амстердаме. Город красивый, цены на героин – умеренные. Поскольку собственного жилья у Чета не было, он останавливался либо в отеле, либо у знакомых. Семье он не помогал, у приятелей жил бесплатно и при этом постоянно брал деньги в долг. Чет как-то похвастался, что за всю жизнь потратил на наркотики около 6 миллионов долларов.

Не смотря на пристрастие к наркотикам, Бейкер выполнял свою работу вполне профессионально и не терял уверенности в себе. "Многие коллеги видят во мне опасного соперника, - говорил Чет. – В 1983 я совершал совместное турне со Стеном Гетцем (Stan Getz). Было запланировано 32 концерта. После 17 выступления Стен позвонил импресарио и заявил, что в моём присутствии не издаст больше ни звука. "Или я, или он" - сказал Гетц. Он посчитал, что публика уделяет недостаточно внимания его персоне. Но ведь Стен играл на саксофоне, а я на трубе. Чем же я ему помешал. Он просто испугался, что звездой шоу становлюсь я. Устроитель гастролей сделал выбор в пользу Гетца. Он тогда высоко котировался, а я сошёл с дистанции. Но деньги за несыгранные 15 концертов я получил сполна".

В последние месяцы своей жизни Чет был чрезвычайно активен. В 1987 Бейкер выступил в Токио в составе квартета. После концерта Чет сказал: "Я не знаю, что говорить. Возможно – спасибо". Он записал около 200 пластинок. Снова наведался в Америку, чтобы снятся в двухчасовом документальном биографическом фильме о себе самом. "Когда мы с исполнительным директором фильма осушили пару бутылок виски, - вспоминал продюсер, - выяснилось, что и он, и я любим одну и ту же старую композицию Бейкера "L'et's Get Lost". Так мы и назвали эту ленту". Фильм "Let's Get Lost" режиссёра Брюса Уэбера (Bruce Weber), который показывает последние годы беспорядочной жизни этого в значительной степени не проявившего себя в полной мере музыканта. Фильм вышел на экраны в начале 90-х.

Вероятно, лучшей работой в этот поздний период творчества становится ряд записей, которые он сделал для датского лейбла Steeplechase с трио, которое включало Дага Рэйни (Doug Raney) и ЭнЭйчОу Педерсена (NHO Pedersen). К этому времени его ребяческая симпатичная внешность исчезла под массой глубоких морщин - своему приятелю трубачу Джеку Шелдону (Jack Sheldon) Бейкер как-то сказал, что это линии, оставшиеся от смеха.

Во время своего краткого взлёта, серебристый филигранный звук Бейкера, хотя и строго ограниченный в тональном и эмоциональном диапазоне, привнёс непревзойдённый оттенок ко многим прекрасным записям; однако, недостаток чувства собственного достоинства редко позволял ему утвердить себя или сделать прорыв сквозь стилистические границы, установленные такими гигантами, как, например, Майлс Девис (Miles Davis). В то же время некоторые критики считают, что именно Бейкер, как никто другой содействовал в 50-е молниеносному успеху Девиса. Дело в том, что Бейкер, которого называли белым Девисом, играл в стиле кул точнее, разнообразнее и изобретательнее, не пропуская трудных киксов и не делая неоконченных музыкальных фраз, т.е. тех вещей, в которых критики обвиняли Майлса Девиса (Miles Davis). Бейкеру удалось глубже реализовать некоторые новаторские идеи Девиса.

12 мая 1988 один из ведущих на Радио Амстердам с нетерпением ждал в своей студии гостя - Чета Бейкера. Где-то около полуночи ведущий понял, что эфир и запланированное интервью безнадёжно сорваны. Телефонный звонок к голландскому менеджеру Бейкера Питеру Хэйтсу ничего не прояснил. Менеджер тоже тщетно пытался найти музыканта. Около 3 часов ночи возле одного из амстердамских отелей было найдено тело мужчины, который выбросился из окна на третьем этаже. В 5 утра 13 мая 1988, по дьявольскому стечению обстоятельств в пятницу 13-го, Питера Хэйтса вызвали в городской морг, где он опознал тело Чета Бейкера.

C 1995 фирма Enja начала выпуск серии дисков под названием Chet Baker'S LEGASY. Специалистам фирмы удалось найти и бережно отреставрировать запись концерта, который состоялся 26 февраля 1985 в джаз-кафе Монмарт в Копенгагене. Перед этим выступлением Бейкер сказал: "Я люблю играть и петь, как говориться, на слух. Мне нравиться ощутить какое-нибудь произведение, а уже потом браться за его исполнение. Я люблю представить себе выбранную тему как-то по-своему. Чуть заметно изменить мелодию, еле-еле. То, что нравиться мне, кстати, должно нравиться и моим партнёрам. Прежде всего, пианисту или гитаристу. И вот только потом можно что-то делать. Но главное - выбранная пьеса должна завладеть тобой. Прав был Чарли Паркер (Charlie Parker), когда говорил: "Ты должен жить каждой нотой. Если ты этим не живёшь - из твоей дудки ничего не выйдет".

Девять лет спустя в 1997 вышла в свет книга, незаконченная автобиография Чета "Похоже, у меня были крылья".

В плеяде трубачей, выдвинувшихся в начальный период развития модерн-джаза, занимает одно из ведущих мест (наряду с Майлсом Девисом (Miles Davis), Диззи Гиллеспи (Dizzy Gillespie), Фредди Хаббардом (Freddie Hubbard), Клиффордом Брауном (Clifford Brown), Артом Фармером (Art Farmer). Является первым белым трубачом современного кул-стиля в сфере комбо-джаза. В этом он несколько опередил Майлса Девиса (Miles Davis), который от бибопа пришёл к более последовательной кул-ориентации на рубеже 40-50-х годов прежде всего в практике большого оркестра и миддл-бенда, а уже затем в комбо. Примечательно, что исполнительская манера Бейкера формировалась под непосредственным влиянием идей Майлса Девиса (Miles Davis) и его экспериментов с кул-саундом (не случайно Бейкера зачастую называют «белым Майлсом Девисом»). Однако Бейкер смог раньше, чем сам Девис, с большей полнотой и законченностью реализовать его идеи.

Несмотря на стилевую общность этих двух выдающихся кул-музыкантов, манера игры Бейкера достаточно индивидуальна. Она очень лирична, даже "женственна" (по определению критиков) и вместе с тем спокойна, уравновешенна, лишена драматизма и философичности, свойственных Девису. Преобладают точная и чистая интонация (у Девиса много "киксов", "небрежностей" в звуковедении), закруглённые мелодические фразы, медленные темпы, средний регистр, изысканность и усложнённость гармонического мышления сочетаются со склонностью к применению разнообразных полифонических приёмов. Звучание трубы приобретает тембровую окраску, напоминающую корнет (очевидна преемственная связь с Биксом Байдербеком (Bix Beiderbecke), иногда валторну, саксофон и деревянные духовые.

Во многих отношениях Бейкер является типичным представителем вест-коуст-джаза (в 1952 квартет Бейкера - Маллигена сделал первые грамзаписи в этом стиле). Ему принадлежит важная роль в маллигеновских экспериментах с "бесклавирными" составами комбо, в которых отсутствие гармонической поддержки мелодических голосов партией фортепиано должно было восполняться за счёт полифонизации фактуры и требовало развитого гармонического слуха у каждого участника ансамбля. Данные опыты основывались на синтезе различных стилевых элементов модерн-джаза, свинга и современной академической камерной музыки, создали предпосылки для последующего расцвета кул-стиля и "третьего течения". Бейкер обладал необычно высоким, почти юношеским голосом; в пении сохранил ту же мягкую лирическую манеру исполнения. Как пианист менее значителен.

Автор:
Панченко Юлик
15:00
109